Совсем скоро актёр «Дизель Студио» Александр Бережок в третий раз станет папой! На этот раз они с женой Алёной ждут… девочку! Кто предсказал пополнение в звёздном семействе? Почему Саша до последнего думал, что снова будет сын? Кто расстроился из-за девочки? И какое имя пара подарит дочке? Читайте прямо сейчас в нашем эксклюзивном интервью!

О том, что Алёна – жена Александра Бережка  скоро станет мамой первым узнал их сын Глеб! При чём он сам и сообщил родителям эту новость.

— Он был, как настоящий экстрасенс. Почувствовал, что у жены в животике кто-то есть. Алёна сначала не поверила. Пошла сделала тест и опешила: она действительно была беременна, — рассказывает Александр Бережок. – Мы безумно все обрадовались, ведь планировали эту беременность. Очень хотели девочку.  

Как Глеб мог такое почувствовать и откуда у него такие сверхспособности – наши родители не понимают до сих пор. Но уже тогда расспрашивали сына с пристрастием: кто будет, мальчик или девочка?

— Сначала он говорил, что не знает. А потом настаивал, что будет мальчик, — вспоминает Саша.

Да и сам Бережок-старший признается, что на 90% был уверен в мальчике. Хотя девочку выдавала особая беременность Алёны.

— Я понимал, что что-то не так. У неё была другая беременность, особенная. Если в первые две проходили спокойно, то в этот раз Алёну мучал токсикоз. Она была немного капризная, — откровенно рассказывает актёр.

Так девочка или опять мальчик? Саша и Алёна тянули интригу до последнего, даже для себя. Узнать пол ребенка родители решили, организовав «baby shower». Это особое мероприятие, которое стало очень популярным в Америке. Родили узнают, кто именно у них родится, с помощью различных способов. Например, «лопают» большой шар и если из него посыпятся синие шарики, то будет мальчик. Если розовые – девочка. Вот именно такой вариант выбрали и Саша с Алёной.

— Мы полетели отдыхать в Доминикану. Там у Алёны есть подружка, и жена отдала ей конверт с крайнего УЗИ, где указан пол ребенка. Она всё организовала и таким образом мы узнали, что у нас будет девочка! – радостно делится новостью отец.

 Но вот не все члены семьи разделили его радость.

— Глеб обрадовался, а Лукьян – нет. Он даже обиделся, потому что очень ждал братика. Но сейчас уже смирился с этой новостью, — рассказывает подробности Александр Бережок. – Я пока себя не ощущаю отцом девочки. Мы пока в таком состоянии ожидания находимся.

А пока ожидается пополнение, можно задуматься и над именем для дочери. Выбрали ли его Саша и Алёна?

— Вариантов имён много, но есть одно, которое нам всем нравится. Пока не буду его озвучивать. Дети тоже активно подбрасывают варианты. Лукьян говорит, что нужно назвать её просто Девочка. А Глеб перебирает все знакомые женские имена, — смеется Саша.

Мы поздравляем Сашу и Алёну с этим прекрасным событием. И мы искренне рады, что семья «Дизель» не перестаёт расти.

Больше новостей читайте на сайте dizelstudio.com и в официальных сообществах «Дизель Студио» в социальных сетях.

Полина Большакова — один из самых успешных коучей в Инстаграме. Кто-то восхищается и мечтает попасть к ней на коучинг, а кому-то интересно, как в современных реалиях можно получить столько успешных кейсов клиентов и масштабировать бизнес, имея только онлайн-команду. Мы решили не выдумывать, а спросить саму Полину, как она пришла к тому, что имеет сейчас.

От учебы к первым заработанным деньгам

Мой принцип, которому я следую до сих пор, — от любого обучения надо брать максимум. Уже со второго курса я начала практиковать бесплатно и делала это целый год. Потом решилась взять первые 500 рублей за консультацию. 

Несмотря на то что знакомые рекомендовали меня все чаще, клиентская база не набиралась. И это был момент, когда я осознала: мало быть просто хорошим специалистом-психологом. Чтобы расти в клиентах и заработке, надо изучать продажи и маркетинг.

Научиться продавать и заработать первый миллион 

Первое мое обучение было SBA — Student of Business Administration. Потом я случайно попала в Like Центр на бесплатный интенсив «Концентрат» и познакомилась с основателем центра Аязом Шабутдиновым. После этого захотела пройти платное обучение. У меня не было накопленных денег, но я рискнула. Был большой страх, как совмещать дополнительное обучение с учебой в университете. Но я поставила себе цель — заработать миллион рублей за год. И закрыла ее за 10 месяцев. 

Конфликт: психолог или предприниматель 

Выпускницей университета я уже зарабатывала от 150 до 300 тыс. руб. в месяц. В этот момент оказалась во внутреннем конфликте: кем быть — психологом или предпринимателем? В итоге нашла выход в гибридном позиционировании. И после этого появились силы двигаться дальше. 

Новые масштабы. Как создавалась команда 

Я снова рискнула, оплатив дорогое обучение Андрея Парабеллума из последних денег. Работая по новой схеме, я зарабатывала 450–750 тыс. рублей еще несколько месяцев. Масштабы росли, и в этот момент появилась моя команда. Параллельно училась финпланированию в АТМ Group и применяла эти знания. Мы запустили наш флагманский продукт — коучинговую программу «Личная трансформация», которая пользуется огромным спросом и сейчас. 

«Я сама свой кейс»

В жизни я применяю те же принципы, которые мы используем в обучении. Наш системный подход помогает студентам внедрять полученные инструменты, проработать сопротивление новому, понять собственные истинные желания и действовать из реальных потребностей. Я сама — главный кейс моей жизни, так как именно этот метод сделал меня тем специалистом, который смог основать компанию, приносящую 15 млн в месяц. Минимум 70% выпускников программы трансформации становятся позитивными кейсами и увеличивают доход в несколько раз в зависимости от ниши. А мы стремимся к тому, чтобы число успешных кейсов достигло 100%.

Я продолжаю учиться, вкладываю деньги в собственную трансформацию и обучение команды. Зарабатываю и трачу, не прерывая поток денег. Не допускаю никакого насилия ко мне и наслаждаюсь моментом жизни здесь и сейчас.

Angela – «поющая модель», обладательница многочисленных титулов международных конкурсов красоты, представитель от Украины на ежегодном конкурсе красоты «Miss Continents» (США), телеведущая «Paris Fashion Week», «Milan Fashion Week», певица, в репертуаре которой песни на четырех языках. Концертное шоу «Angela Show» увидели во многих странах мира: Турция, Франция, Италия, Латвия, Китай.

Нам удалось пообщаться с моделью, певицей Angela , так как она готовит новое концертное шоу, которое будет представлено в Украине в начале 2022 года.

— Angela, правда ли, что «Angela Show» будет представлено  в Украине уже этой зимой?

— Пару лет назад мы представляли «Angela Show» в одном из киевских ресторанов. Мы не ожидали на такой успех: зал был полностью заполнен. Хотя это шоу нигде не рекламировали. Только сделали красивую афишу для входа в заведение, написали несколько постов и разместили в группах моих и официальных группах заведения. Начали продавать билеты в день мероприятия. На сцене я не могла показать весь балет – была очень маленькая сцена. Поэтому мы пригласили несколько ребят с одной киевской танцевальной студии. Мне пошили несколько костюмов по моим эскизам. А моя команда подготовила видео ряд, репертуар и много трюков, которые мне помогали реализовать танцоры прямо на сцене. Сейчас планируем, что это будет  шоу на большой сцене с полным составом балета, с новыми костюмами. Так же со своим стилистом мы готовим новые образы для этого шоу.

— Благодаря шоу «Angela Show» о Вас начали говорить, как о «поющей модели». Разве модели могут быть поющими или кто автор такой фразы?

— Скорей всего, журналисты есть авторами этой фразы. Большую часть своего времени я провожу на подиуме, как модель. Но я всегда мечтала петь для большой аудитории. В Турции вышла в белых крыльях ангела на подиум. Мне нужно было сказать несколько фраз о дизайнерской  коллекции — но я спела песню на турецком языке. С того дня обо  мне начали писать и говорить, что я «поющая модель». Уже к этому привыкла. Очень часто меня приглашают спеть после показа дизайнерской коллекции или в моменты голосования на международных конкурсах красоты. Я всегда соглашаюсь потому, что благодаря модельной карьере у меня начала складываться сольная карьера.

— «Angela Show» — это название концертного тура или это шоу ?

—  Когда я пою на закрытых мероприятиях или презентациях – шоу мы не показываем. Это обычный концерт. А «Angela Show» — это как раз есть шоу, где каждый раз мы представляем  новые образы, песни, трюки и всегда что-то новое в хореографии. Для каждой страны есть свое «Angela Show». В шоу у нас не берут участия музыканты по той причине, что все место на сцене отдаем нашему  балету для выполнения трюков. И на своих шоу — всегда надеваю крылья ангела, которые очень габаритные. С ними неудобно двигаться на сцене  тем более, если я на каблуках – шнуров на сцене не должно быть.

— Говорили о шоу. Но немало важным есть музыкальное сопровождение шоу. Как и кто подбирает трек – лист «Angela Show» ?

-Трек лист подбираю  вместе с моей командой в зависимости от  того, в какой стране будет представления этого шоу. В трек-листе шоу больше шести десяти процентов каверов и это хиты. Включены так же  мои авторские песни. После составления трек- листа, стилисты работают над моим образом и образами балета. Затем, хореограф делает постановку танцев под каждую песню. Бывают случаи, что это происходит дистанционно. Мне присылают  готовое видео от хореографа, в котором  показано: под какую песню мне правильно двигаться в сопровождении балета.

— Кто пишет Вам песни?

— К первым своим песням музыку и слова я писала сама. Эти песни были на украинском языке.  Ни одна украинская радиостанция на то время не хотела их ставить в эфир. Мне говорили, что это не формат. И до сих пор я не понимаю, что для них формат, а что не формат. Затем,  мне начали писать песни на русском языке. Не все, но были такие песни, которые начали ставить в эфир украинские радиостанции. Благодаря радиостанциям песни « Я буду рядом», « Необъяснимые» стали хитами в начале моей музыкальной карьеры. Аранжировки к этим песням делали  талантливые музыканты, которые сотрудничают с известными украинскими артистами.

— Вы участвовали в конкурсе красоты  «Miss Geometria» (Нью-Йорк) и в других престижных конкурсах красоты во многих странах. Продолжаете ли Вы и дальше участвовать в конкурсах красоты или только поете?

— В конкурсах красоты я участвую как модель, а также пою на подиуме во время подсчета голосов. Пока не планирую бросать модельную карьеру – мне это приносит  удовольствие и финансовую независимость. Так же пою на презентациях журналов и других корпортивных мероприятиях. В Америке и в других странах я часто выступаю со своим шоу «Angela Show». И пока это шоу собирает новых поклонников – я буду петь.

— Чего бы Вы хотели пожелать нашим читателям?

— Терпения, реализации задуманного, успеха во всем. Желаю найти такую работу, которая стала бы для Вас праздником. Чтоб Вы чаще улыбались и проживали каждый день не зря. Для этого нужно заниматься любимым делом.

Общался: Виталий Шуляр

Фото предоставлено менеджментом Angela https://www.facebook.com/AngelaOfficialcom/

Признаемся, что в определенном возрасте мы стремимся изменить мир, сделать его лучше и удивительнее.

Но столкнувшись с реальностью, мы понимаем, что можно помочь лишь совсем немногим. Хотя и понимаем, что этого недостаточно.

Но, в отличие от всех нас, есть несколько человек, которые действительно меняют мир, и один из них живет здесь, в Израиле.

Ее имя хорошо известно в мире и в Израиле, по ее наработкам существуют десятки организаций, ее отлично знают в «ООН», ее зовут Талия Харел Бежарано, и она является директором самого уникального молодежного движения в мире «Крылья Крембо»

К интервью с ней было сложно подготовиться. И что можно спросить у женщины, которая каждый день что-то меняет в нашем восприятии и делает нас немного человечнее.

Однажды я тоже хотела изменить мир и не добилась особого успеха, поэтому пришла на это интервью с большой неуверенностью и любопытством.

Я беру интервью у одной из самых очаровательных женщин, которых я встречала, и надеюсь, что оно вам понравится.

Ей всего 37 лет, она живет своим детищем, почти не хочет говорить о себе, ведь у нее есть более важная цель — организация, которой она управляет.

Для тех, кто не знает, «Крылья Крембо» — это молодежное движение для детей и подростков. Все дети в «Крыльях Крембо» разные. Здесь есть и дети с особенными потребностями, и обычные дети.

В «Крыльях Крембо» все особенные, и в то же время — все равны. Это не ассоциация, а молодежное движение, как и все, которые мы знаем, только намного лучше!

— Что привело вас в «Крылья Крембо»?

— 12 лет назад я искала работу в управлении неформальной организации, и я пришла в филиал Ход ха-Шарон. Раньше я никогда не видела детей с особыми потребностями. Это был первый раз, когда я увидела парня в инвалидной коляске. Он ударил меня по ноге, подавая сигнал «Кто ты?» Я не знала, говорит ли он. Парень подал знак «Подожди», взял доску и написал «Не жалей нас!». Я села с этим парнем на полуторачасовую беседу. Это был один из самых увлекательных разговоров. Он написал мне, что мы молодежное движение, мы не место для инвалидов, мы движение, которое меняет мир. Тогда я поняла, какой я хочу быть. Именно какой, а не кем.

И это восприятие, которое сопровождает меня и всю организацию на протяжении всего пути. Здесь нет волонтеров для ребенка-инвалида, мы считаем, что каждый особенный.

Я тоже особенная, страдаю клаустрофобией, только в особых случаях сяду в лифт и только если есть кто-то, кто будет держать меня за руку крепко, крепко.

Мы считаем, что всем нужна поддержка, кому-то нужна поддержка на экзаменах, а кому-то при обычной ходьбе.

В Крембо есть особый дискурс: мы спрашиваем, в чем ваша особая потребность, у нас нет причуд, мы отбрасываем предрассудки и с этого момента начинаем разговор.

— Израильское общество стереотипно, и большинство из нас живет с предрассудками, как вам удается на это влиять?

Мы обучаем. Но не работе с детьми с особыми потребностями. Мы говорим с ними обо всем и обо всех. О том, что такое особые потребности, о том, что они есть у каждого из нас. Мы говорим о свободе выбора каждого человека, о желаниях людей, о любви, о независимости. Об умении выбирать и умении видеть в каждом человеке – человека. И только так мы учимся понимать, как интегрировать ребенка с особыми потребностями в ту или иную среду.

Ветер наших крыльев заразителен.

Почему название Krembo Wings?

Крембо аккуратно заворачивают, каждый вручную, иначе он сломается, и наша задача состоит в том, чтобы обернуть каждого ребенка любовью и дать ему крылья для полета.

— Полагаю, у вас есть регулярный запас крембо?

— Нет, но у нас полно других вещей, приятных каждому.

— Вы говорили о мягком обертывании, но цель молодежного движения — подготовить ваших подопечных к сложностям жизни, практически бросить детей в море?

— Наша модель сочетает в себе эти две вещи: для каждого ребенка есть двое, скажем так, вожатых, которые помогают ему осуществлять различные задачи.

Допустим, все играют в мяч, а есть ребенок в инвалидном кресле, и он не может бегать, поэтому вожатый будет его «ногами». Мы предлагаем инструменты, но иногда подростки сами находят и подсказывают решения. Наша задача, чтобы у подростков была свобода, чтобы они развивали творческое мышление. И чтобы у них была большая свобода действий, мы доверяем им с закрытыми глазами. Таким образом, мы все бросаемся в море и окутываемся любовью.

— Есть ли «вожатые» с особыми потребностями?

Совершенно верно, у нас есть более 600 вожатых, среди которых есть и дети с особыми потребностями. Вы можете встретить мальчика 6-7 лет с ходунками и ему будет помогать девушка 14 лет с подобными проблемами. И вот он уже понимает, как вести себя в обычной жизни, потому что мы учимся друг у друга.

Есть подростки, которые действительно обучаются у учеников, они пробуют брать на себя ответственность за свою жизнь, становятся более уверенными.

— Я предполагаю, что есть дети, которые приходят с чувством превосходства и есть те, что действительно переживает о миссии организации. Как вы балансируете?

— Есть самые разные подростки, которые приходят. Есть те, кто «отлынивает», и есть те, кто действительно приходит с чувством миссии и волонтерства, но время и обучение делают свое дело, и мы видим это в процессе. Видим, как они становятся лучшими друзьями, и в конце концов вырастает поколение подростков, которые знают, как поддержать любого человека, религиозного и светского, еврея или мусульманина.

У нас одна форма для всех. И это тоже важный момент.

За униформой движения стоит много размышлений, доступная форма без пуговиц, удобная в ношении, и, конечно же, у всех одинаковая. Спереди и сзади есть символ.

Мы воспитываем целое поколение менеджеров, командиров, управляющих, социально адаптированных и помогающим другим адаптироваться в жизни.

— Как вы справляетесь с сопротивлением, вплоть до отказа родителей интегрировать детей с особыми потребностями в обычное общество?

— Мы возглавляем крупнейшую социальную революцию в Израиле, хотя люди думают, что интеграция является проблемой, и есть мнение, что интеграция аутичного ребенка в детский сад или класс приведет к насилию. Мы говорим и доказываем, что верно обратное, интеграция — это единственная способ покончить с издевательствами, насилием, предрассудками и т. д.

Мы не сражаемся, у нас нет тьмы, мы увеличиваем свет. И приглашаем всех присоединиться к нам

— Есть ли страны, которые позаимствовали вашу модель и развивают ее?

По правде говоря, мы отправляли делегацию в Украину. Они считали, что невозможно совместить детей с особыми потребностями с детьми без потребностей. И там нам удалось изменить это представление у многих педагогов.

— Как вы справились с локдауном?

— Это было непростое время, бюджеты урезали, а работы было вдвое больше.

Мы получили разрешение от Министерства образования на посещение семей, где проживают дети с особыми потребностями. Как с ними мы много занимались, так и с теми, которые вызвались волонтерами для переживших Холокост.

Тали останавливается, переводит дыхание.

— Дом не закрывается, потому что мы и есть дом. Мир закрыт, поэтому мы должны были быть рядом со всеми нашими учениками, а также с их родителями. Одна из матерей сообщила, что ей наконец-то удалось сложить белье, когда волонтеры прибыли в дом подопечного. 

— Государство вас поддерживает?

Да, но мало, всего 13% нашего годового бюджета. В Крембо есть одна печальная цифра — это 1500 детей, которые не могут быть в организации, потому что в городе, где живет такой ребенок, нет филиала.

Почти все молодежные движения имеют представительства во всех городах Израиля, к сожалению, у Крыльев Крембо нет. У нас нет специального транспорта и доступных зданий, и, к сожалению, бюджета не хватает.

— В Израиле идет соревнование между различными молодежными движениями, вы участвуете в нем?

— Нас там нет, это только делает детям больно. Ребенок будет один день в Бней-Акиве, другой день в Скаутах и ​​еще один день с нами. Но в других молодежных движениях очень трудно совместить, например, детей, подключенных к кислороду или требующих серьезного ухода с другими подростками.

Я немного ухожу от темы разговора, чтобы спросить, что Тали думает о поездках в Польшу, в места трагической истории нашего народа.

— Как вы думаете, правильно ли брать детей с особыми потребностями в такое не простое путешествие?

— В течение 10 лет я не делала этого в организации, но молодежь хотела, и мы нашли способ сделать путешествие доступным, я не могу им помешать. Мы обучили гидов и приехали в Польшу.

В Освенциме кто-то из детей сказал мне, что его бы здесь убили дважды – из-за того, что он еврей, и из-за того, что он с особыми потребностями. И я поняла, что именно поэтому нам нужна была поездка в Польшу. У нас есть девушка, которая не верила в Холокост, пока не приехала в Польшу.

— Есть ли дети, которых вы не взяли в поездку?

Да, но это решается вместе с родителями и педагогами.

— Каковы планы на ближайший год?

— Самое главное, что мы должны открыть больше филиалов, действительно должны получать больше пожертвований, больше бюджетов от государства.

И второе — распространять знания как в стране, так и в мире, чтобы обучать родителей, бабушек и дедушек, братьев и сестер, педагогов и военных.

Завершим интервью несколькими короткими вопросами о Крембо, это необходимо!

Какой Крембо вам больше нравится: мокко или ваниль?

Ваниль!

Сколько участников движения не любят Крембо, вы когда-нибудь считали?

Тали улыбается и обещает, что это будет следующий опрос.

Мы заканчиваем интервью. Пожалуй, самое важное из того, что я когда-либо делала, потому что я встретила женщину, которая каждый день делает мир лучше и особенней.

И я предлагаю вам задуматься, в чем ваша особенная потребность. И если вы ответите на этот вопрос, вы сможете изменить мир к лучшему.

Я знаю, какие у меня «инвалидности». Боже, список длинный, но за эти годы я осознала одну вещь — изменив себя и помогая, пусть даже одному человеку, я могу изменить мир.

Беседовала: Галина Смит

Макияж: Ирит Кейзман

Фото: Анна Белоусова

Эйнат Кляйн – известная в Израиле журналистка, историк, гид по экзотическим странам, бизнесвумен. Ее репортажи и фото появлялись в самых известных мировых изданиях. Во Вселенной Эйнат Кляйн даже невероятное становится возможным. Раздвигая границы реальности, девушка отважно знакомится с эфиопскими племенами, дегустирует вина где-то в маленьком израильском городке, а потом вдруг выходит замуж за гениального музыканта Андрея Макаревича. «Womfire» не мог пропустить такую интересную персону и уговорил Эйнат ответить на несколько вопросов.

Эйнат, вы успешная известная журналистка, гид, причем вас знают в нескольких странах. Что изменилось после того, как вы получили статус «жена Макаревича?». Как говорится, плюсы, минусы, подводные камни…

Никогда не смотрела на свой брак как на “получение статуса”. Изменилось все то же самое, что меняется у всех людей после заключения брака — появилась новая точка уязвимости. (Улыбается).

Расскажите подробнее историю вашего знакомства. Из прессы известно, что вы всегда были поклонницей таланта Макаревича, причем не столько музыкального, сколько кулинарного. А познакомились во время путешествия в Эфиопию. Романтические чувства возникли сразу?

Не представляю, откуда это известно и почему известно именно это (Смеется). Я всегда считала “Машину Времени” важной частью российской музыки, “Смак” смотрела в детстве, активной поклонницей, фанаткой Андрея я не была никогда. Думаю, будь я ею, ничего бы у нас не получилось. А так – мы познакомились как два независимых, успешных и открытых к новому человека в одной из наиболее интересных стран мира. В целом, идеальная основа для счастливого будущего.

Как вас восприняли близкие и родные Андрея? Удалось их очаровать? Вы всегда довольно иронично относитесь к попыткам окружающих вас уколоть и задеть. Были ли какие-то попытки указать на ваш неравный брак, разницу в возрасте, авантюрности этой затеи? Что отвечаете таким хейтерам?

Я думаю, этот вопрос правильнее всего задать близким и родным, а не мне (Улыбается). Хейтеров же правильнее всего просто игнорировать.

Вы невероятно интересный человек, один из немногих русскоязычных гидов по экзотическим странам. Почему именно Африка? Чем она вас привлекла?

Я думаю, своей искренностью, правдивостью. Сегодня у нас осталось довольно мало мест, существующих без панциря выгоды, хорошего тона, лести и лицемерия.

Почему, на ваш взгляд, подобные путешествия востребованы? И кто ваши клиенты? Можно предположить, что это состоятельные люди, которым наскучили спокойные и предсказуемые страны, и им захотелось «остренького». Так ли это?

Последние годы я работаю с индивидуальными туристами: фотографами, учеными, семейными парами или небольшими компаниями друзей, но у меня есть и групповые туры, разумеется. Как правило, приходят ко мне настоящие путешественники, исследователи, первооткрыватели, если хотите. А бюджет можно подстроить под любой запрос.

Что для вас риск? Были ли какие-то по-настоящему опасные ситуации в ваших походах?

Нет, не было и, надеюсь, не будет. Риск бывает там, где плохо продумана логистика путешествия и не просчитаны запасные варианты и решение форс-мажоров. От физических травм в походах не застрахован никто, но я, например, все свои травмы получала в совершенно бытовых, тепличных условиях, например, в тренажёрных залах (Улыбается).

Какая требуется подготовка для таких путешествий – хорошая физическая форма, прививки, что еще? Есть ли причина, по которой вы можете отказать клиенту сопровождать его в путешествии в Африку?

Главное в таких путешествиях — понимание того, что приключение важнее комфорта. Невозможно мечтать одновременно о путешествии к затерянным племенам и роскошных отелях. Иногда нам приходится ночевать в пустынях, иногда в палатках, иногда в отелях, но всегда такие путешествия — это погоня за приключением, поиск нового, а не комфорта. Что касается физической формы и прививок, то здесь нет универсального правила и все зависит от выбранного маршрута. Мне кажется, путешествия, которые организовываю я, подходят для всех тех, кто открыт этому миру и готов принимать его сюрпризы.

Журналистика по-прежнему присутствует в вашей жизни? С какими журналами сотрудничаете, где публикуете свои репортажи и фото?

Последние годы меньше, чем хотелось бы — то не было времени, то желания, но сейчас, чувствую, хотела бы вернуться к более активному фотографированию и писательству.

После того, как вы стали «мужней женой», собираетесь пересмотреть стиль жизнь и уровень экстрима? Или после снятия карантинных ограничений снова махнете в какую-нибудь Кению?

Ох, как же я не люблю все эти «мужние жены». Счастливый брак, как мне кажется, возможен лишь тогда, когда никому не приходится ломать себя, выкручивать самому себе руки, когда каждый может продолжать оставаться тем, кем он был до свадьбы и развиваться в любом направлении. Так получается, что даже в ХХІ веке довольно часто именно женщины должны идти на уступки, становиться «чьими-то», пересматривать свой образ жизни, тормозить карьеру, ставить себя и свою жизнь даже не на второе место, хорошо, если на пятое. К счастью, мне повезло и я не должна ничего пересматривать в своей жизни. Ведь она у меня была и есть ровно та, какой я ее хочу, и я бы не вышла замуж за человека, который бы заставлял меня что-то «пересматривать».

Я не хочу сказать, что не следует принимать в расчет интересы семьи, но я точно уверена, что мы влюбляемся в человека за какие-то его качества, особенности, в совокупность признаков, и самая большая ошибка, которую можно совершить — это заставить партнера измениться, пересмотреть свой образ жизни или взгляды. В конечном итоге, это больнее всего ударит по нам самим же — мы просто разлюбим этого человека, ведь он перестанет быть тем, кого мы когда-то полюбили. Так что, отвечая на ваш вопрос коротко, да, несомненно, я рвану в Кению. Или Эфиопию. Или Непал.

Ваша жизнь богата впечатлениями. Но, возможно, вспомните какой-то особенно яркий случай – пугающий или впечатляющий – из своих путешествий?

В каждом путешествии у меня есть какие-то впечатляющие случаи. Пугающих, к счастью, намного меньше. Наверное, наибольшее впечатление на меня произвели племена долины Омо, в Южной Эфиопии. Сегодня, работая с ними уже около 15 лет, я отношусь к ним как к части своей Вселенной, люблю их и хорошо понимаю. Но помню ощущение “космоса”, другого мира, когда встретилась с мурси и хамерами впервые. Ничто и никто не производили на меня впечатление настолько сильное. Вдруг ты понимаешь, что все построения, все представления о жизни и планете рассыпаются, как карточный домик, и тебя уносит в далекое прошлое, о котором ты думал, что его давно больше нет. Племена эти живут все еще в некоем подобии неолита, со своими традициями, жреческими культами. Они невероятно красивы, самобытны и самодостаточны. Я до сих пор многому у них учусь: прямоте, искренности, в общем, настоящести.

Есть ли какая-то до сих пор нереализованная мечта, которую в ближайшее время собираетесь воплотить? Например, посетить какой-то уголок на планете, где не ступала нога человека?

Антарктида и Южный полюс в частности. Очень хочу! Насчет уголков на планете, где “не ступала нога человека”, во-первых, таковых, кажется, уже и вовсе не осталось, а во-вторых, найдись таковой, я бы предпочла, чтобы она продолжила там не ступать. Так что все равно – Антарктида (улыбаются).

Вы выступали вместе с мужем в его шоу «Смак». Не боитесь переплюнуть в популярности собственного мужа? И, кстати, нет планов написать книгу рецептов экзотических стран или что-то подобное?

Зачем пытаться переплюнуть бога? А вот книгу о разной экзотической еде написать очень хочу, и у нас с моей подругой и соавтором уже даже есть намётанный план. Я вижу ее как некое художественное повествование о странной еде в странных местах на планете в сопровождении, разумеется, точных и выверенных рецептов. То есть, с одной стороны, по ней можно будет готовить, а с другой стороны, ее будет интересно просто читать и прислушиваться ко внутренним ощущениям. Потому что, повторюсь, речь в ней пойдет об удивительной и странной еде и сочетаниях.

Вы как-то 1 апреля пошутили, что планируете посвятить себя виноделию. Похоже, вы действительно большой знаток и ценитель вин. Может, в той шутке была значительная доля правды, и вскоре вы все-таки станете виноделом?

Оказалось, что это была совершенно не шутка! В прошлом году я таки забутилировала свой первый бленд вина. 31 июля состоится его явление этому миру: в Музее еврейского народа (АНУ) мы с Андреем Макаревичем устраиваем развернутую дегустацию в сопровождении прекрасной еды от известного израильского шефа, и каждый участник сможет оценить вино «3 Cats». Заранее отвечая на возможный вопрос, название «Три кота» бленд получил благодаря тому, что состоит из трех сортов винограда.

Этим летом я также работала над следующими бутылками, так что и в следующем году мне будет чем порадовать любителей сухого красного!

Беседовала Виктория Чирва

Глядя на телеведущую Жанну Бадоеву, кажется, что она – бесстрашная авантюристка, которая не боится никого и ничего и всегда готова к самым неожиданным испытаниям. Сама Жанна считает себя трусихой, которой приходится часто расширять границы возможного. Но удивительным образом, когда включается камера – выключаются все ее страхи и фобии, и остается только дело, которое нужно сделать. Через призму «Жизни других» мы поговорили о жизни самой Жанны Бадоевой. В эксклюзивном интервью Womfire телеведущая рассказала о том, как родился этот фантастически успешный проект, через что она никогда не может переступить и с чем пришлось столкнуться в «коронованом» 2020 году.

Расскажите, как родилась концепция программы «Жизнь других?». Она сделана по какой-то западной франшизе или авторский проект?

Нет, это исключительно наша задумка – моя, режиссера и продюсера. Мы просто подумали о том, что интересно нам, когда мы приезжаем в другую страну. И решили, что это, скорее всего, будет интересно и остальным. Так и получился этот проект.

Как готовитесь к съемкам? По каким критериям отбираются страны?

Когда готовится сезон – а в нем 16-18 программ – мы хотим взять широкую географию для показа. Чтобы это не была только Европа, только Азия или только Африка. Поэтому мы так и берем страны – по карте, чтобы это было широко и разнообразно. К сожалению, в рамках сегодняшнего дня это стало очень сложно – не везде можно ехать, не всюду попасть. Но мы стараемся. И в следующем сезоне, который заканчивается в следующее воскресенье, у нас представлены практически все континенты.

Есть ли страна, которая вас особенно впечатлила – настолько она далека по менталитету от нашего?

Этот вопрос часто задают, и у меня по-прежнему нет на него ответа. Безусловно, на Занзибаре, где мы снимали недавнюю передачу, люди живут абсолютно не так, как мы. Мы даже представить не можем, как можно жить. Если в Европе просто удивляют некоторые законы – налог, например, какой-то большой, или ограничения содержания домашних животных, то Африка – вообще другой мир. Там на день рождения ребенку могут подарить половину курицы, и это считается шикарным подарком. На Мальдивах меня неприятно поразило другое: там категорически нельзя иметь собак. Привозить, покупать. Там собак нет вообще. Разве что где-то в полиции или спасательных службах. Поэтому сказать, что поразила какая-то страна – сложно. Каждая страна впечатляет по-своему.

А если конкретизировать – возможно, что-то вас шокировало вплоть до отвращения или, наоборот, воодушевило…

Скандинавские страны – очень удивляют. Они как будто и понятные для нас, но при этом совершенно другие. Например, там дети после школы берут год на отдых, обдумывание того, чем бы они хотели заниматься. Не так, как у нас – сразу после школы ребенок стремится поступить в ВУЗ, в том числе, по принуждению родителей. Считается, что потерять год после школы – это неправильно, не по-людски. Есть такие стереотипы. А там дети путешествуют, работают волонтерами, занимаются чем-то, что позволяет больше понять о себе, своих устремлениях и желаниях. И только после этого они могут пойти учиться дальше.

Шокировала меня и Финляндия. Там люди знакомятся… в банях, прямо в чем мать родила. Купальники там запрещены, так что все голые. Если у нас принято раздеваться на определенном этапе отношений, то у них это – начало. После чего можно и на ужин сходить, и продолжать отношения. И в каждой стране есть такие удивительные моменты. Жизнь других в таких нюансах просто поразительна.

Обывателям кажется, что человек вроде вас должен быть физически выносливым, бесстрашным авантюристом, безо всяких фобий и чувства брезгливости. Это про вас?

Это парадокс, но я – безумная трусиха, очень брезгливая, безумно всего боюсь. Скорость, спорт, физические нагрузки – это абсолютно не мое. Но как только включается камера, по непонятной для меня причине отключается это все, и включается профессионализм. Либо я начинаю ныть, что это ужасно, катастрофа, и я не буду этого делать, либо иду и делаю сюжет. Бывает, я в себе открываю какие-то новые грани. Буквально недавно ехали со съемок в Австрии. И я говорю мужу: я стала очень любить кладбища.

До этого я, к счастью, никогда не была на похоронах. Но мне всегда казалось, что кладбище – это очень странное место. А благодаря нашей программе мне довелось побывать там много раз, в том числе, в Европе. И я поняла, что это прекрасные места: красивые, ухоженные, тихие, находятся часто в центре города. Например, в Берлине перед входом на кладбище стоит ресторанчик, бар, где ты можешь посидеть, перекусить, выпить кофе, прогуляться по аллеям. И это прекрасно. Вот иногда я это говорю и ловлю себя на мысли, что мне сложно поверить, что я так чувствую. Конечно, моя работа переделывает меня, трансформирует, и я отношусь спокойно ко всему, что раньше меня шокировало.

Есть какие-то красные линии для вас? Что шокирует настолько, что вы не можете через себя переступить?

Наверное, из чисто физиологических вещей такого немного. Гораздо сильнее шокирует философия людей, отношение к жизни. Но не кровь, смерть. Хотя, конечно, есть вещи, которые тяжело перенести. Мы на Занзибаре снимали людей, которые ловят осьминогов. Честно сказать, я раньше никогда этого не видела. Ловец должен его поймать и убить сразу – таким тонким прутиком, после которого осьминог сразу умирает. И это было так ужасно, что я не могла на это смотреть. Не смогла съесть в Перу запеченную морскую свинку, хотя понимала, что нужно делать сюжет. Может, если бы они приготовили ее как-то по-другому, просто кусочек мяса, я бы съела. Но так как ее запекают прямо с глазками, лапками, ушками и подают в таком виде, я не смогла этого сделать.

Сколько языков вы знаете? Нужно ли быть полиглотом, чтобы быть успешным ведущим такой программы? Насколько облегчает общение, когда обращаетесь к местным жителям на их родном языке?

Я знаю русский, английский, литовский, итальянский – поскольку я живу в этой стране уже довольно давно. У нас всегда на площадке есть переводчики. Но у меня как-то так получается, что я понимаю любого человека даже без знания языка. Конечно, есть свои нюансы. Но я понимаю людей: у меня такой огромный вербальный и невербальный опыт общения с людьми, что иногда переводчик мне просто не нужен.

У вас действительно огромный послужной список. Из всех передач, которые вы вели, есть какая-то самая любимая? Та же «Орел и Решка?». Или вы просто относитесь к своим проектам как к определенным этапам жизни: закончился один, начался другой?

Конечно, «Жизнь других» у меня самая любимая, которая занимает 90% моего времени. «Орел и Решка» я, безусловно, тоже очень люблю. Но после третьего сезона я поняла, что мне больше не интересно: там была монотонная работа, от которой я просто устала. Я сделала в той программе все, что задумала и все, что от меня требовалось. И больше не развивалась. А вот в «Жизнь других» мы начали снимать уже пятый сезон, и постоянно ищем новые пути, подходы, чтобы не стоять на месте.

Какие-то новые возможности для съемок, новые ракурсы, находки, формы. Мы постоянно хотим развиваться. И программы не идут по шаблону – все они разные. Да, определенный формат есть: жизнь от рождения до смерти, но все равно они разные, в каждой стране появляются моменты, которых не было в другой. А «Жизнь других» — это для меня просто любимейшая даже не работа, а дело моей жизни…

Как прошел 2020-й год для вас? Можно представить, что из-за специфики вашей передачи вам приходилось буквально становиться на голову, чтобы попасть в ту или иную страну или добиться разрешения на съемки…

Именно так все и было: мы изгалялись, изворачивались и становились на голову. С другой стороны, мы искали новые пути, поскольку у нас выбор: либо мы останавливаемся и стоим, либо – переворачиваемся на голову и делаем. И мы все-таки это сделали! Потому что с середины марта, когда началась пандемия, до середины декабря у нас не было простоев: мы ездили все время. Когда был самый жесткий локдаун – в марте-апреле, мы умудрились снять Италию на карантине, в том числе, Венецию.

Мы получили разрешения на съемки, на переезды, хотя на тот момент в Италии это было практически невозможно. Я увидела то, что меня поразило даже больше, чем африканские осьминоги или перуанские морские свинки. Я пришла на площадь Сан-Марко в Венеции. И там, где в любое время года – летом ли, зимой, — обычно яблоку негде упасть от количества людей, — была такая пустота и тишина, что я слышала эхо своих собственных слов. Там не было даже голубей. Никого! Мы переезжали из одного итальянского региона в другой, и видели пустые трассы. Это было как в каком-то фантастическом фильме, который вдруг воплотился в реальность. Вопреки всем сложностям, как физическим, так и моральным, и финансовым, нам удалось снять 18 программ в этом непростом году. И никаких поблажек на качество никто не делал. Мы не могли ее сделать хуже, чем раньше, оправдываясь сложными условиями. Зрителю неинтересны наши трудности. Мы должны были сохранить качество, уровень, и мы это сделали.

А как идет обувный бизнес? Или «Жизнь других» занимает все ваше время и вам не до предпринимательства?

Мы выпустили одну коллекцию обуви и начали разрабатывать вторую, но пришлось заморозить этот бизнес два года назад, когда мы вплотную приступили к проекту «Жизнь других». Потому что совмещать это практически невозможно. Этим надо либо заниматься, либо не заниматься. А отдать кому-то и контролировать на авось, в то врем как производство программы занимает 25 часов в сутки – тоже очень непросто. Плюс сложно бизнес в условиях карантина, локдауна, когда смежные сферы стоят. Ты не можешь делать обувь, если фабрики по изготовлению каблуков, застежек или кожи закрыты. У тебя связаны руки. Так что пока что бизнес заморожен до лучших времен. Все ресурсы есть, фабрика есть, но ждет своего часа. Мы как раз поднаберемся опыта. Потому что я совсем новичок в этом бизнесе, далека от него. А муж просто не может разорваться.

Позвольте личный вопрос – чем занимаются ваши сын Борис и дочь Лолита?

Борис живет отдельно – в Милане. Он работает в компьютерной компании, которая занимается разработкой компьютерных программ для крупных корпораций. А Лолита в этом году закончила среднюю школу, пошла в первый класс старшей школы – по медиа-направлению. Первые два года у них общая программа, а в третьем классе выбирают специализацию – или графика, или монтаж, или журналистика. 

Напоследок будем рады услышать от вас пожелания для наших читателей и всего мира на 2021 год. Поскольку жизнь дается нам один раз, ее нужно прожить так, как последний день. Несмотря на какие-то сложности и проблемы, которые всегда есть в нашей жизни, нужно верить, идти вперед, развиваться, заниматься любимым делом, быть открытым миру и верить, что все будет хорошо. Ну и, безусловно, желаю здоровья, потому что без этого никакого продвижения вперед не будет. И здоровье не только в медицинском смысле, речь идет и о мышлении, и питании, и отношении к жизни и к себе. Поэтому хотелось бы, чтобы люди, которым плохо и сложно, переосмыслили многое в своей жизни, поверили в себя и начали идти своей дорогой – вперед.

Автор: Виктория Чирва

Фото: Vicoolya&Saida